На главную Литеры Ру
 
(495) 665-2625



Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100

Design&mastering by Eugeny Fazleev ds
Услуги по истории
На главную Литеры Ру
Услуги по генеалогии

Book |21.01.2004|

Завещания в генеалогии


Завещания как способ письменного распоряжения гражданином своим имуществом на случай возможной смерти являются одним из главных исторических источников, представляющих ценную информацию о прошлом для проведения историко-генеалогических исследований. Появление письменных распоряжений имуществом как особой разновидности частноправовых актов на территории Русского государства напрямую связано с развитием наследственного права и относится приблизительно к первой половине XII века. Однако на протяжении XIV-XVII вв. они еще очень редки и приписываются главным образом феодальным землевладельцам, представителям церкви и членам княжеского и великокняжеского рода.

В разное время процедура составления и утверждения завещаний сильно отличалась. Она зависела от особенностей канцелярской практики, уровня развития юридической мысли и, как формы ее выражения, законодательства. До 1649 года все дела о наследстве находились преимущественно в компетенции церкви, вследствие чего завещания должны были писаться в соответствии с определенными правилами оформления (формуляром), в присутствии духовного отца либо иного представителя церкви, который скреплял ее подписью. В 1628 году в Статейном списке о порядке судопроизводства наряду с духовными отцами, ближайшим родственникам вступающей в обязательство стороны разрешалось удостоверять своей подписью обязательства за неграмотными. За "письмо" завещатель платил установленную пошлину. Затем духовная изымалась и передавалась на хранение в церковь, где находилась в течение нескольких месяцев после смерти завещателя. По прошествии этого срока душеприказчик приглашал наследников и возвращал им подлинную духовную грамоту, перед этим зачитав ее и повторно подписав. Он же обязан был проследить за ее совершением с тем, чтобы передел имущества между наследниками осуществлялся в точности как указано в завещании, а не иначе. Если завещатель, составивший по всем установленным правилам духовную грамоту во время болезни, выздоравливал, то душеприказчик в лице духовного отца обязан был ее порвать, потому что с этого момента она переставала рассматриваться как последняя свободная воля завещателя и теряла свою силу как юридический документ. Соборное Уложение 1649 г., как и предшествующее законодательство, позволяло составлять завещания дома при условии удостоверения их подлинности духовными отцами, душеприказчиками, свидетелями (родственниками) и последующей регистрацией в Москве подписью и печатью патриарха, а в епархиях - архиереев. При этом пошлины соответственно шли патриаршим и архиерейским приказам. Сакральный характер изъявления последней воли умирающего, составленного по "святым правилам" в присутствии духовника, проявился в традиционном наименовании таких завещаний "духовными грамотами".

При Петре I, когда усилилось вмешательство светской власти в сферу семейной жизни и брачных отношений, духовные стали рассматриваться в ряду прочих частноправовых актов и подлежали утверждению в государственных учреждениях. Указы 1699 и 1701 гг. запрещали писать завещания "своеручно". Их оформление было передано сначала в Ратушу и приказы, а затем в "палатку Ивановской площади" под руководством Оружейной палаты; в провинции же - в воеводские приказные избы. Впоследствии крепостными делами стал ведать Крепостной приказ, а с 1719 г. - Юстиц-коллегия, а точнее, учрежденная при ней Крепостная контора; в ее ведении находились местные крепостные учреждения. С ликвидацией при Екатерине II Юстиц-коллегии, по "Учреждению о губерниях" 1775 года, оформление завещаний, в числе других крепостных дел, было передано в ведение палат гражданского суда и уездных судов. Передача государственным учреждениям компетенции по регистрации частноправовых актов потребовало от правительства секуляризировать форму деловых бумаг с целью ликвидации потерявших свое практическое значение в новое время формул и фразеологических оборотов и сокращения делопроизводственной волокиты. Рядом законодательных актов при Петре была выработана примерная форма для всех актов. В начале каждого письменного завещания, составленного на Гербовой бумаге, ставилась точная дата: год, месяц и число. Далее указывался человек, от лица которого заключался распорядительный акт, затем шло обозначение рода сделки - духовная, потом назывались остальные участники сделки (наследники). При этом обязательно фиксировалось социальное или служебное положение участников сделки и излагались ее условия. В заключении подписывался человек, давший "духовную", поручитель, если такой был, и свидетели. Последний свою подпись ставил государственный служащий, писавший и регистрировавший крепость. Это изменение в канцелярской практике оформления и удостоверения частноправовых документов стало подчеркивать деловой характер завещаний. Возможно, что по этой причине с 20-х гг. XVIII в. наряду с традиционным термином "духовные" начинает употребляться и наименование их "завещательными письмами". Завещатель старается акцентировать внимание непосредственно на самом завещании имущества, а не на сакральной его части, где дается распоряжение об устройстве души. Обретение завещанием юридической силы проходило в несколько этапов. Для начала владелец имущества, которое он желал завещать, являлся в местное нотариальное учреждения, где предоставлял предусмотренные законом доказательства своей правоспособности и, вообще, прав на предмет сделки. Затем крепостной "писец" составлял по установленному образцу духовную. После подписания готового текста всеми участниками (свидетелями, субъектом сделки) и сам писец непременно прикладывал к нему руку. Однако полученный документ еще не приобретал юридической силы - его нужно было еще зарегистрировать. Первичная регистрация производилась здесь же - в нотариальном учреждении. Сначала надсмотрщик читал только что "написанную" крепость на предмет выявления в ней ошибок. Если ничего подобного не обнаруживалось, то он накладывал резолюцию, после чего завещателю предусматривалось уплатить за написание и регистрацию бумаги определенные пошлины. Только затем духовная записывалась "в книгу перечнем". Одновременно аналогичная запись производилась в пошлиной книге. Затем завещание с наложенной на него резолюцией передавалось на рассмотрение в судебное учреждение или специально уполномоченное ведомство, с целью избежать незаконной передачи имущества. Если указанное учреждение находило регистрацию данного акта правомерным, завещателю (челобитчику) следовало еще раз оплатить установленную сумму денег, что фиксировалось в специальных приходных книгах. Затем подьячие делали в книге записной "подлинником" запись, непременно включавшую в себя копию акта о совершении сделки и копию приговора судебного учреждения. В заключении повытчик сообщал об уплате всех пошлин, и челобитчик, наконец, расписывались в получении полностью нотариально оформленного документа.
Если завещатель умирал, оставив после себя духовную грамоту, которая не обладала юридической силой, т.е. не была оформлена в крепостном порядке, то наследнику с тем, чтобы получить по ней полагавшееся имущество, необходимо было ее зарегистрировать. Для этого он или назначенный в духовной душеприказчик подавал в крепостное учреждение челобитную (доношение) с предъявлением подлинной духовной и ее копии. По проверке их идентичности на копии делалась соответствующая пометка в виде постраничной скрепы канцеляриста, а подлинная духовная под расписку возвращалась просителю. Затем для слушания дела в судебном учреждении готовились выписки из соответствующих указов, которые дополнялись сказкой челобитчика в Москве в своих домах лиц, подписавших духовную. После этого на заседании суда они допрашивались. Опрашивали также канцелярских работников, которые подтверждали отсутствие в их повытьях "спору и челобитья" на духовную. Если в ходе допроса подтверждалась законность завещания, то судебное разбирательство заканчивалось пространной выпиской по делу, включавшей изложение его стадий начиная с челобитной и текста духовной. С челобитчика брались предписанные законом пошлины, и ему с распискою вновь возвращалась подлинная духовная с соответствующей на ней пометой о записи ее в крепостную книгу.

Духовные (в копиях, реже в подлинниках) сохранились в делах по регистрации частноправовых актов в крепостных учреждениях. Духовные записи обычно регистрировались в одних книгах с отпускными, купчими на крестьян и дворовых, заемными письмами и различного рода соглашениями. Основная масса духовных, сохранившихся в фондах Юстиц-коллегии, относится к дворянству, по другим же разрядам населения их значительно меньше. И все же можно говорить о достаточной массовости сохранившихся в архивах как государственных учреждений, так и в архивных фондах частных лиц, завещаний не только дворян, но и представителей непривилегированных сословий.

Завещания позволяют представить не только практику реализации семейно-брачных правовых норм, но и увидеть, как осуществлялось завещание имущества, установить влияние института наследства на состояние и экономическое положение семей. Они дают редкую возможность судить об обстоятельствах накопления и размере денежного, хозяйственного и домашнего имущества людей; о правах родителей и детей на распоряжение общесемейным и личным имуществом, о месте в нем приданного, о влиянии имущественных отношений на положении членов семьи и взаимоотношения между ними; об особенностях внутрисемейных личностных взаимоотношений и семейном быте. Нередко текст данных имущественных распоряжений предоставляет уникальные сведения для характеристики личности завещателя и несет в себе этические и моральные наставления наследникам относительно житейского и делового поведения, отношений с дворовыми людьми, родственниками и опекунами, а также содержит изложение уроков нравственности и собственного опыта.

Для историко-генеалогических построений завещания представляют особую ценность. По своему фактическому содержанию завещания часто не уступают иным разновидностям массовых источников, фиксирующих сведения о моментах, характере зарождения и конкретного хода становления и развития отдельных семей и родов (ревизским сказкам, государственным переписям, переписным, метрическим, таможенным и прочим книгам). Но особенность их состоит в том, что они позволяют реконструировать родословную отдельных фамилий (их социальной принадлежности) в узкогенеалогическом смысле, т.е. установить генетическую и свойственную преемственность поколений (два, три поколения), судить о происхождении представителей данных фамилий (в отдельный завещаниях встречаются указания о месте рождения наследодателей) и уточнить детали их биографий. А при анализе завещаний родственников представляется возможным проследить за фамилиями на более длительном временном отрезке.

Александр Манохин
Литера Ру



Еще о генеалогии: понятие генеалогии, генеалогия - новые успехи, история генеалогии